История Ярославля

История Ярославля берет начало на живописном мысу при слиянии Волги и Которосли — там, где сегодня раскинулся парк «Стрелка». По преданию, в этом месте стояло языческое поселение Медвежий угол, и именно здесь ростовский князь Ярослав Владимирович, позже прозванный Мудрым, заложил крепость, которой предстояло стать одним из узловых городов Северо-Восточной Руси. Хотя дата основания — 1010 год — считается условной (летописные упоминания появились позже), именно её официально придерживаются с XIX века, и от неё город отсчитывает свой возраст.

От Медвежьего угла до удельной столицы

Самое раннее упоминание Ярославля в письменных источниках относится к 1071 году. «Повесть временных лет» рассказывает о восстании волхвов на Ростовской земле и называет город в перечне поселений, охваченных смутой. Из этой летописной фразы следует, что к концу XI века Ярославль уже существовал как заметная крепость на волжском пути. Своё название город получил от имени основателя — князя Ярослава Мудрого. А знаменитый медведь с секирой на гербе — дань легенде о «лютом звере», которого князь сразил при закладке города.

Первые два века Ярославль рос в тени Ростова Великого как пограничная застава и торговая фактория на Волге. Перелом наступил в начале XIII века, когда городом стал управлять князь Константин Всеволодович — сын Всеволода Большое Гнездо. При нём в 1210-х годах в Ярославле появляются первые каменные постройки, в том числе храмы Спасо-Преображенского монастыря. Внутри его стен Константин учреждает Григорьевский затвор — первое училище на Северо-Восточной Руси и библиотеку с переписчиками греческих и славянских книг.

В 1218 году Ярославль становится столицей самостоятельного удельного княжества: его получает Всеволод Константинович. Этот короткий период расцвета прерывает монгольское нашествие. В 1238 году, во время Батыева похода, город был разорён, а Всеволод Константинович погиб в битве на реке Сити. Память о сопротивлении ордынцам закрепило ещё одно сражение — битва на Туговой горе 1257 года, когда ярославский князь Константин Всеволодович вышел с дружиной против карательного отряда. По преданию, после битвы холм за Которослью получил имя Туговой — «тужившей», скорбящей горы.

Следующие два века Ярославское княжество существовало в тесной связи с растущей Москвой. Местные князья постепенно теряют самостоятельность, а в 1463 году последний ярославский князь Александр Фёдорович передаёт удел великому князю Ивану III. Присоединение прошло мирно: Ярославль вошёл в состав единого Русского государства без войны и сразу занял место среди главных волжских городов наряду с Костромой и Нижним Новгородом.

Купеческий век и Смутное время

XVI столетие сделало Ярославль одним из самых богатых городов России. После того как в 1553 году экспедиция Ричарда Ченслера открыла северный морской путь к устью Северной Двины, через Волгу хлынул поток товаров. Ярославль оказался удобной перевалочной точкой для западноевропейских, а также восточных — персидских и среднеазиатских товаров. Город заполнили гостиные дворы, на рынках зазвучала иностранная речь, а при Иване Грозном Спасо-Преображенский монастырь — главная городская крепость — обзавелся мощными каменными стенами и башнями.

Свою судьбоносную роль в истории страны Ярославль сыграл в годы Смуты. В 1608–1609 годах город был захвачен сторонниками Лжедмитрия II, но вскоре поднял восстание и пережил долгую осаду. А весной 1612 года в Ярославль вошло Второе народное ополчение Кузьмы Минина и князя Дмитрия Пожарского. Здесь, на Которосльной набережной, ополчение простояло с апреля по июль. На четыре месяца Которосльная набережная стала центром России: здесь работал «Совет всея земли», чеканилась монета и рассылались грамоты по всей стране. Отсюда войско двинулось на Москву, освободило её от польского гарнизона и тем самым положило конец Смуте. В память о тех событиях на Которосльной набережной в 1997 году возвели часовню Казанской Богоматери — ту самую, которая позже оказалась на 1000-рублёвой банкноте рядом с памятником Ярославу Мудрому.

XVII столетие стало «золотым веком» ярославского зодчества. Местные купцы — Скрипины, Гурьевы, Назарьевы — соревновались в строительстве храмов, которые не походили ни на московские, ни на новгородские. Их отличали высота, многоглавие и пышный декор из изразцов и фресок. Мощным стимулом к каменному строительству стал пожар 1658 года, после которого город начал стремительно «одеваться» в кирпич. Вершиной ярославской школы стала церковь Ильи Пророка, возведенная на средства Скрипиных и расписанная мастерами Гурием Никитиным и Силой Савиным. А в посаде Толчково вырос уникальный пятнадцатиглавый храм Иоанна Предтечи, чей величественный фасад также увековечен на 1000-рублевой банкноте.

Губернский центр и фабричный город

К XVIII веку Ярославль сохранял статус одного из десяти крупнейших городов России, однако центр волжской торговли начал смещаться на юг. С поворотом Петра I к Балтике северный торговый путь через Архангельск утратил былое значение, и Ярославль выбрал новый вектор развития — промышленный. В 1722 году купец Максим Затрапезнов и голландец Иоганн Тамес основали на берегу Которосли полотняную мануфактуру, ставшую одной из крупнейших в стране. Так зародился район Красного Перекопа — ядро будущей текстильной промышленности.

Культурный облик города в ту эпоху связан с именем Фёдора Волкова. В 1750 году сын ярославского купца собрал в обычном кожевенном амбаре труппу единомышленников и дал первые публичные представления, которые вошли в историю как рождение русского профессионального театра. Вскоре Волкова с актёрами вызвали ко двору Елизаветы Петровны, а ярославская сцена с тех пор носит его имя. Нынешнее здание театра, возведённое в 1911 году в стиле неоклассицизма, — прямой наследник той первой труппы.

В 1777 году Ярославль стал губернским центром, а год спустя Екатерина II утвердила его регулярный план. Хаотичная застройка уступила место строгой радиально-кольцевой сетке улиц, расходящихся от Ильинской (ныне Советской) площади. Этот план сформировал облик исторического центра, который спустя два столетия был включён в список всемирного наследия ЮНЕСКО. Тогда же разобрали обветшавшие укрепления Земляного города — от них до наших дней дошли лишь Волжская и Власьевская башни.

XIX век Ярославль встретил как просвещённый провинциальный центр. В 1803 году на средства мецената Павла Демидова открылось Высшее училище наук — третье высшее учебное заведение в России после Московского и Виленского университетов. Позже оно было преобразовано в Демидовский юридический лицей, закрепив за городом славу интеллектуального центра.

С развитием пароходства и открытием в 1870 году железной дороги, соединившей город с Москвой, Ярославль стремительно рос. На берегах Которосли поднялись корпуса Большой мануфактуры с собственными казармами для рабочих, школой и больницей. К 1917 году население города достигло 130 тысяч человек, а промышленный ландшафт дополнили табачные, спичечные и свинцово-белильные фабрики. Финальным аккордом эпохи стала закладка в 1916 году автомобильного завода, ставшего впоследствии легендарным «Автодизелем».

XX век: восстание, разрушения и восстановление

Самая трагическая страница в истории города пришлась на июль 1918 года. Шестого июля в Ярославле вспыхнуло антибольшевистское восстание под командованием полковника Александра Перхурова — часть скоординированной попытки Союза защиты Родины и Свободы. Восставшие удерживали центр шестнадцать дней, до 21 июля. Подавление шло артиллерийским огнём с применением бронепоездов. Снаряды разрушили Демидовский лицей, Спасские казармы, десятки храмов и до трети городской застройки. Этот удар изменил облик Ярославля сильнее, чем любая из войн прошлых столетий, а многие архитектурные утраты оказались невосполнимыми.

В межвоенный период город стал ареной первой советской индустриализации. В 1932 году здесь запустили шинный завод и СК-1 — первый в мире промышленный комплекс по производству синтетического каучука. Вслед за ними выросли резинотехнический и моторный заводы, расширились текстильные фабрики. Однако индустриальный рывок сопровождался идеологическим давлением: в 1937 году на Стрелке взорвали Успенский собор, чтобы освободить место для парка. Монастырские стены сносили ради скверов, а храмы превращали в клубы, склады и архивы.

Во время Великой Отечественной войны Ярославль стал тыловым центром. Моторный, шинный и резинотехнический заводы работали на фронт, через город шли эшелоны, а в госпиталях лечили раненых. Хотя прямых боев в черте города не было, налёты немецкой авиации в 1942–1943 годах унесли жизни сотен горожан. После войны застройку 1950–1970-х годов вынесли за пределы исторического центра — на левый берег Волги и в новые промышленные районы. Благодаря этому уникальный градостроительный рисунок екатерининской эпохи удалось сохранить до наших дней.

К концу XX века Ярославль постепенно возвращался к своей дореволюционной идентичности. В 1959 году Спасо-Преображенский монастырь стал основой Ярославского музея-заповедника, в 1993-м Джон Мостославский открыл на Волжской набережной «Музыку и время» — первый частный музей в постсоветской России. А в 2005 году исторический центр Ярославля был включён в список Всемирного наследия ЮНЕСКО с формулировкой о выдающемся примере градостроительной реформы Екатерины II и редкой сохранности храмовой архитектуры XVII века.

Подготовка к 1000-летию города в 2010 году вновь преобразила облик центра. На Стрелке заново отстроили Успенский собор, разбили парк с фонтанами и стелой, открыли Концертно-зрелищный центр на левом берегу Которосли, отремонтировали Волковский театр, набережные и десятки фасадов в исторических кварталах. С тех пор Ярославль живёт двойной жизнью: это современный полумиллионный мегаполис с автозаводом и крупным нефтеперерабатывающим заводом, который при этом остается одним из главных городов Золотого кольца, где улицы по-прежнему ведут к храмам, возведенным купцами триста лет назад.